-Подписка по e-mail

 

 -Поиск по дневнику

Поиск сообщений в В_Друзья

 -Интересы

ищу пч найти пч обмен лайками обмен симпами пиар дневников поиск новых друзей и постоянных читателей раскрутка дневников реклама дневников цитирование и репост записей

 -Сообщества

Участник сообществ (Всего в списке: 4) alistaschool Best_of_Callery УМЕЛЫЕ-РУЧКИ В-Цитатник
Читатель сообществ (Всего в списке: 3) Заголовки В-Цитатник Москва_и_Подмосковье

 -Статистика

Статистика LiveInternet.ru: показано количество хитов и посетителей
Создан: 25.12.2007
Записей:
Комментариев:
Написано: 75

Зина Портнова.Пионеры-герои

Воскресенье, 07 Декабря 2008 г. 12:58 + в цитатник
Libertador все записи автора

Повести о пионерах-героях на сайте Детки.cn

 

Глава восемнадцатая

     Фруза пришла к  Зине в  воскресенье.  Заглянула сперва к  ней,  затем в
соседнюю комнату -  к ребятам.  Никого нет.  Пытливо огляделась по сторонам.
Пусто и мрачно. Тощие соломенные тюфяки на кроватях, застланный газетой стол
у окна, большой деревянный сундук у стены, покрытый какой-то дерюгой.
     На улице разыскала мальчишек.
     - Зина с Галькой ушли к бабушке, - сообщили братья.
     Стояли они перед ней,  засунув руки в  карманы драных штанов,  давно не
стриженные,  угрюмые. Один - светловолосый, с добродушными голубыми глазами,
другой - смуглолицый, чернявый и быстроглазый.
     - Кто же вас теперь кормит?
     - Зина! - угрюмо отозвался старший.
     "Как это  она  управляется со  своим семейством?"  -  невольно подумала
Фруза.
     - Скажите сестре, что я завтра снова зайду.
     В  коридор  из  своей  комнаты  вышла  соседка-немка.   Она  пристально
посмотрела на Фрузу, поправляя на груди белый пуховый платок.
     - Вас что ходит?.. Кого нужно глядеть?.. - спросила она.
     - Подругу!  -  бойко ответила Фруза,  а про себя отметила: "Под строгим
надзором живет Ромашка! Нужно быть осторожной".

     А Зина в это время была в деревне,  разговаривала с дядей Ваней. Он уже
несколько дней не вставал с постели.
     - Плохо  мне,  Зинуша!..  -  грустно  произнес он.  -  Последние деньки
доживаю.  -  И,  видя, что рядом больше никого нет, понизив голос до шепота,
вдруг признался:  -  Это я Ирину и Солнышко с партизанами познакомил.  Через
меня они получили задание следить за  курсантами,  кто с  какого фронта,  из
какой части...  Скажешь потом ребятам,  что их мать и твоя сестра погибли за
Родину.  -  Дядя Ваня с трудом откашлялся.  - А наши обязательно придут... -
снова продолжал он,  слегка приподнимаясь на  постели и  глядя помутневшими,
воспаленными глазами на племянницу.  - Придут... Наши победят! Вот только я,
жаль, не доживу... Прошу я тебя, Зина... Ты теперь уже большая. Позаботься о
Любочке...  малышка еще  она.  Бабушка совсем  плохая,  вряд  ли  до  победы
протянет... На твое попечение оставляю...
     "Теперь он скоро умрет",  - испуганно подумала Зина. Она вышла из избы,
не видя ничего вокруг от застилавших глаза слез.
     ... На другой день Фруза, как и обещала, снова пришла в барак.
     - Пришла  я  к  тебе  по  очень  важному делу,  не  требующему никакого
отлагательства...  -  И,  ничего больше не  объясняя,  принялась внимательно
осматривать комнату.
     - Чего ты ищешь? - не выдержала Зина.
     - Ищу то,  что у вас в комнатах должно находиться, - произнесла Фруза и
как-то загадочно и выразительно указала глазами на мальчишек.
     Дождавшись, когда они убежали во двор, объяснила:
     - Ищу небольшой пакетик в  черной глянцевой бумаге.  Я  сама передавала
его твоей тете Ире. Он должен быть где-то у вас.
     "Значит,  Фруза знала,  что тетя Ира и  Солнышко работают в столовой по
заданию партизан,  -  подумала Зина,  присев на  колченогий стул.  -  Тогда,
выходит, и они знали, что я нахожусь в подпольной организации, поскольку так
снисходительно относились к моим отлучкам из дома".
     Вдвоем они осмотрели все углы в комнатах, заглянули в щели на полу.
     - А что было в этом пакетике? - спросила Зина.
     Фруза промолчала.
     Зина вспомнила, что в день ареста полицейские все перерыли в комнатах.
     - Может быть, полицейские уже его нашли?
     - Твое  счастье,  что  не  нашли...  -  отозвалась Фруза и  снова стала
елозить по полу, ощупывая пазы в досках.
     Возможно,  они никогда бы не нашли то,  что искали,  если бы в  комнату
незаметно не проскользнула крайне любопытная Галька.
     - А я знаю, что вы ищете, - наконец решилась она подать голос.
     Зина и Фруза уставились на нее.
     - Что?.. - осторожно спросила Фруза.
     - Черный пакетик.
     Зина и Фруза остолбенели от неожиданности.
     - Ты видела, куда его тетя Ира спрятала? - спросила Зина.
     - Видела... Она думала, я сплю. А я не спала, когда она прятала. Я ведь
хитрая: лежала в постели и в щелочку подглядывала.
     - Ну и куда же она спрятала?
     - А я не скажу.
     - Почему? - не выдержала Зина.
     - Ты  же сама мне говорила:  "Что слышишь и  видишь,  никому не говори.
Говорят только болтуны и предатели".
     - Ты расскажи нам. Мы же свои, - попыталась ее уговорить Фруза.
     Галька упрямо покачала головой. Но потом, взглянув на Фрузу, неожиданно
спросила:
     - А если я скажу, немцы отпустят тетю Иру?
     - Могут отпустить, - уклончиво ответила Фруза.
     - Тогда я скажу... А тетя Ира не будет ругать, когда вернется?
     - Вот ведь какая дотошная.  -  Фруза горько усмехнулась.  -  Никто тебя
ругать не станет. Ну... говори!
     - В Ольгу запрятала,  -  указала Галя рукой на свою куклу,  лежавшую на
кровати.
     Прощупав живот куклы, Зина с Фрузой переглянулись: что-то зашито.
     Услав  Гальку на  улицу,  они  распороли куклу  и  обнаружили небольшой
пакетик в черной плотной бумаге.
     Зина так и ахнула:  сколько раз Галька приходила к ней во двор столовой
с этой куклой! Ольгу держали в своих руках и солдаты, даже шеф-повар.
     - Что же теперь? - шепотом спросила Зина.
     - Сама не  знаю.  Арестовали твоих родственниц по подозрению в  связи с
партизанами.  Один из  связных оказался предателем -  выдал их.  Мне  только
поручено разыскать этот пакет с ядом. Очевидно, диверсию проведет кто-нибудь
другой.
     - Оставь этот пакет мне...  -  медленно, словно обдумывая каждое слово,
сказала Зина. - Я работаю в подвале. Кухня рядом...
     За дверью в коридоре послышались голоса.
     Зина выглянула в коридор.
     - Полицаи к немке пришли... - сообщила она шепотом.
     - Как же быть?  -  растерялась Фруза.  -  Вдруг меня задержат?.. Знаешь
что,  пускай этот пакетик здесь до завтра полежит.  - Фруза торопливо сунула
пакетик за обои,  в щель стены.  -  Ты снова,  когда они уйдут,  зашей его в
куклу. Завтра я приду и заберу.
     Расставшись с Фрузой,  Зина вынула черный пакетик из-под обоев, вложила
обратно в куклу и тщательно зашила, стараясь, чтобы был незаметен шов. И тут
скрипнула дверь.  На  пороге  стояла  немка-переводчица.  Смотрела на  Зину,
державшую куклу.
     - Вам чего? - испуганно спросила Зина.
     - Вас  всех  скоро  в  Германию отправят...  -  прищурившись,  сообщила
соседка.  - Там... людьми станете. - Переводчица еще раз пытливо осмотрелась
по сторонам и ушла, прикрыв за собой дверь.
     Кукла выпала у Зины из рук.
     - Ни  за  что в  вашу проклятую Германию не поеду!  -  прошептала она и
заметалась по комнате,  не зная, что предпринять. Потом долго стояла у окна,
за которым медленно угасал день. Решение пришло окончательно. Да, завтра она
обязательно сделает это.  Зина  больше не  колебалась.  Завтра удобный день.
Шеф-повара на кухне не будет.  Он собирался утром ехать в Полоцк. Вряд ли он
вернется к обеду.  Останется только его помощник, злой и сварливый. - Завтра
я  отомщу за  Ласточку и  за  Несмеяну...  за тетю Иру и  Солнышко.  За всех
отомщу...
     Утром,  собираясь на  работу,  Зина с  обычной тщательностью убралась в
комнатах.   Делала  она  это  скорее  машинально,   по  привычке.  Разбудила
сестренку.   Галька  капризничала,   ей   не  хотелось  вставать,   но  Зина
растормошила ее и даже помогла одеться.
     - Теперь слушай внимательно!..  Не перебивай! - приказала она сестре. -
К обеду придешь ко мне во двор столовой.  Не три глаза, слушай!.. Возьмешь с
собой обязательно Ольгу.  Слышишь?..  Обязательно приходи с  Ольгой.  Только
смотри  не  запаздывай...  Я  тебе  что-нибудь припасу вкусненькое.  Поняла?
Леньке и Нестерке скажешь, чтобы с утра отправлялись к бабушке и сидели там,
пока я не приду.
     Явившись на  работу  в  подвал,  Зина  удостоверилась:  шеф-повара нет.
Значит, он в самом деле уехал в Полоцк. Немка, работавшая на кухне и немного
знавшая русский "лык, спустилась к ней в подвал и тщательно обыскала Зину.
     - Гут!  Гут!  -  сказала,  отпуская Зину работать. - Столовой требуется
порядок.
     Зине  казалось,   что  время  идет  поразительно  медленно.  Она  часто
выглядывала из  подвала во  двор,  но  Гальки все не было.  Только бы она не
подвела,  пришла к обеду! Часовые к Гальке уже привыкли, разрешают сидеть на
поленнице дров, тихо играть, дожидаясь старшую сестру. Пропустят и теперь.
     Двор,   окруженный  дощатым  забором  со   ржавой  колючей  проволокой,
захламлен:  штабеля березовых дров,  кучи  торфяных брикетов.  Часовой,  как
всегда,  на месте -  у  ворот.  Подходило время,  когда должны были являться
обедать офицеры. А Гальки все нет.
     Со  двора  Зина  видела  через  окна  обеденного зала,  как  официантки
раскладывали на  покрытых  белоснежными скатертями столах  приборы,  ставили
вазочки с  осенними цветами.  Зина  уже  начинала терять  терпение,  но  тут
заметила,  что  Галька,  в  своем  пестром  платьице,  в  длинной старенькой
коричневой плюшевой жакетке,  которую ей где-то раздобыла бабушка, и в белом
платочке, уже сидит на чурбане за поленницей дров. В руках сестренки была ее
неразлучная Ольга.
     Зина подскочила к Гальке.
     - Молчи!  -  приказала она и,  быстро полоснув по материи тем же ножом,
что резала овощи,  вытащила черный пакетик.  Спрятав его себе за пазуху, она
швырнула куклу на поленницу и снова приказала сестренке:  - Молчи, не хнычь!
Беги что есть духу к бабушке. Там меня дожидайся. Слышишь?.. Я скоро приду.
     Голос  старшей  сестры  был  так  повелительно-строг,  что  Галька  без
возражений пошла к воротам.
     Вернувшись в  подвал,  Зина  почувствовала,  что  уже  не  может больше
работать -  тряслись руки. Казалось, пакетик с отравой жжет грудь, от страха
трудно дышать.
     Крадучись,  пробралась на кухню.  Там шла работа.  На раздаточном столе
вырастала горка  тарелок.  Рядом  такая  же  горка  нарезанного хлеба...  Из
раскрытого медного котла на  плите шел  пар,  разнося приятный мясной запах.
Широкая спина повара маячила в  разных концах кухни.  В  тот  момент,  когда
повар,  прихрамывая,  что-то  понес  к  раздаточному столу,  возле  которого
хлопотала  немка  в  такой  же,  как  у  повара,  белоснежной  куртке,  Зина
приблизилась к  пышущей жаром  плите и,  приподнявшись на  цыпочках,  слегка
вздрагивающей рукой высыпала содержимое пакетика в  котел.  Легко и бесшумно
выскользнула из кухни. Пакетик разорвала на мелкие клочки и выбросила.
     Спустившись к  себе в подвал,  Зина прильнула к сырой,  холодной стене,
стараясь прийти в себя. Сильно билось сердце, кружилась голова.
     Теперь,  как  только  повар  заполнит тарелки и  немка  выставят их  на
раздаточный стол возле окошка,  официантки станут разность порции по столам.
На все это уйдет минут пять, не больше. А дальше?.. Что будет дальше? Может,
лучше уйти из  подвала и  что есть духу бежать в  деревню к  бабушке,  взять
Гальку и сразу же уходить в лес, к партизанам?
     Сверху послышались тяжелые шаги...  Зина  едва успела подойти к  своему
рабочему месту и сесть на табуретку,  как в подвал,  грузно шаркая, медленно
спустился немец-кладовщик с  мешком  картофеля за  спиной.  Оттащив мешок  в
угол, он присел в проходе на ступеньку, тяжело дыша и смахивая со лба пот.
     Шинкуя капусту,  Зина  лихорадочно размышляла:  нет,  сразу же  уйти из
подвала,  не вызывая подозрения,  не удастся.  Все равно догонят, схватят, а
тогда -  конец... Нет, лучше уж оставаться на месте. Никто же не видел ее на
кухне...
     Подошло  время  обеда.  Первыми  должны  явиться курсанты-летчики.  Они
пунктуальны  до  минуты.   Слышно,   как  они  зашумели  в  обеденном  зале,
рассаживаясь за столы.
     Шум наверху все усиливался, и Зина как-то сразу и странно успокоившись,
поняла: случилось то, что должно было произойти.
     "Спокойно!..  Спокойно!"  -  мысленно приказывала она  себе,  продолжая
работать дрожащими руками, плохо справлявшимися с ножом.
     Громко топая,  по ступенькам в  подвал торопливо спустились двое солдат
из караульной команды с автоматами на груди. Оттолкнув кладовщика в сторону,
встали  у  прохода.  Зине  приказали  подняться на  кухню.  Возле  повара  и
женщины-немки стояли двое часовых,  здесь же  находились офицеры-гестаповцы.
Один  из  них  властным кивком приказал Зине  сесть  за  стол.  Перед  Зиной
поставили тарелку с супом.
     - Ешь! - приказал по-русски другой гестаповец, подавая ей ложку.
     Стало ясно -  спасения нет.  Если она будет есть суп,  то  умрет.  Если
откажется то...  тоже  умрет  -  немцы замучают.  Мысль о  сестренке обожгла
сердце.  Чтобы Гальку ни  в  чем не заподозрили,  она будет есть оправленный
суп.  Галька  должна жить!  Должна!..  И,  перехватив на  себе  пристальные,
настороженные взгляды гитлеровцев, Зина взяла ложку.
     - Хлебушка можно взять?  -  протянула она руку к  подносу с нарезанными
ломтями хлеба. И, не дожидаясь разрешения, схватила кусок хлеба, с отчаянной
торопливостью откусила и зачерпнула ложкой суп; не прожевав хлеб, проглотила
суп,  снова зачерпнула,  снова проглотила.  И,  почувствовав резь в  животе,
скорчилась.
     - Довольно... - произнес офицер-гестаповец и приказал: - Иди домой...
     Согнувшись и  шатаясь,  она вышла во  двор.  Никто ее  не задержал,  не
последовал за ней. Очевидно, ее больше уже не подозревали.
     И  тут Зина,  к  еще большему своему ужасу,  увидела на  прежнем месте,
возле поленницы дров,  Галю.  Сестренка как  ни  в  чем не  бывало сидела на
чурбане с  Ольгой в  руках.  Строптивая Галька решила без  куклы не  уходить
домой.
     - А я достала Ольгу, - горделиво похвалилась она.
     Зина хотела что-то сказать,  но ей помешал кусок хлеба во рту,  который
она совершенно бессознательно не  проглотила.  Выплюнув хлеб,  Зина схватила
Гальку за руку и потащила прочь.
     А  мимо  них,   громко  сигналя,  проезжали  санитарные  машины,  увозя
пострадавших гитлеровских летчиков.
     Зина  с  трудом добралась до  своей  комнаты.  Взяв  с  окна  бутылку с
молоком,  которую она накануне принесла от бабушки, налила в чашку. Но после
выпитого молока ей стало хуже.  Зина свалилась на постель, чувствуя, как все
тело  покрылось  холодной  испариной.   Сестренка,   широко  раскрыв  глаза,
испуганно глядела на нее, что-то спрашивала дрожащими губами.
     Зина и сама не понимала, как у нее хватило сил потеплее одеться и одеть
сестренку.  Схватив Гальку за  руку,  изгибаясь от  сильной боли,  торопливо
повела  по  тропинке,  ведущей к  лесной дороге.  Несколько раз  оглянулась.
Кажется, все спокойно, никто не преследует. Только бы добраться до партизан!
Хватит ли  сил?  Ведь она должна отвести Гальку к  партизанам.  Спасти ее...
Сама она умрет, это ясно.
     Дорогу пересек небольшой ручеек.  Встав  на  колени,  Зина  склонилась,
стала пить холодную как лед ключевую воду... Еще... еще. Закружилась голова.
Она ткнулась лицом в  воду.  С  трудом поднялась и опять,  превозмогая боль,
потащила за собой Гальку.
     А та не понимала, почему это они так торопятся. Сперва шагала спокойно.
А потом начала хныкать...
     Началось поросшее кривым березняком болото.  "Кажется, здесь", - думала
Зина,  пробираясь по тропке между болотистыми бочагами. Едва отличимая тропа
вилась по мшистым,  с краснеющими ягодами клюквы и брусники кочкам,  которые
пружинисто зыбились под ногами.
     Промокшие, облепленные тиной девочки с трудом выбрались на сухое место.
Болото поглотило их рогожные туфли и тряпки, которыми были обмотаны ноги.
     - Мы  скоро придем?  -  без  конца спрашивала Галя,  держась за  карман
шинельки сестры. - Ну скоро?
     - Скоро...  -  с трудом ответила Зина. - Ты только не отставай. - И тут
же  свалилась на  луговину  и  стала  кататься  по  земле,  стараясь умерить
усилившуюся, непереносимую резь в животе.
     "Только бы довести Гальку до партизан...  Довести!..  " Через силу,  со
стоном поднялась с земли. Снова взяла сестренку за руку, повела за собой.
     В лесу было тихо,  пахло влажной осенней сыростью,  грибной прелью. Мох
на  болотистых ложбинах мягкий,  как  подушка.  Шелестела под ногами листва.
Ветки кустарника хлестали по лицу, цеплялись за одежду.
     Прозябшая, сбившая до крови босые ноги, Галька, захлебываясь, плакала.
     Тропка неожиданно оборвалась,  словно утонула в желтовато-зеленой воде.
Зина  по  колено увязла в  торфяной жиже  и  стала  медленно погружаться все
глубже и глубже. Смертельно испугавшись, она отчаянно пыталась вытащить ноги
из густой торфяной грязи.
     - Не подходи ко мне,  утонешь!..  -  осипшим от страха голосом крикнула
она стоявшей рядом на  кочке,  испуганно растопырив ручонки,  Гальке.  -  Не
подходи-и!..
     Зина заметила рядом с Галькой тонкое деревце,  потянулась к нему, но не
достала.
     - Нагни ко мне...  Нагни... - срывающимся голосом просила она сестренку
и  с  отчаянием следила,  как  та,  напрягаясь,  пытается пригнуть полусухую
лещину.
     Рванувшись,  Зина дотянулась все же  до деревца одной рукой.  Перебирая
обеими руками,  стала вытаскивать из засасывающей топи ноги.  Еще немного!..
Еще... Закружилась голова. Закусив до крови губы, снова подтянулась.
     Минут пять спустя она  уже  лежала на  твердой мшистой кочке,  покрытой
россыпью  зрелой  клюквы.  Ее  знобило,  насквозь  мокрая,  холодная  одежда
прилипла к телу. Сил подняться уже не было.
     "Где-то мы сбились", - с отчаянием думала Зина.
     Передохнув,  они вернулись обратно в  лес и,  к счастью,  скоро нашли в
осиннике потерянную тропку.  Сумерки сгущались,  но им удалось пройти болото
до темноты и выбраться в мелколесье...

Рубрики:  Детская литература
Внеклассное чтение
Метки:  



 

Добавить комментарий:
Текст комментария: смайлики

Проверка орфографии: (найти ошибки)

Прикрепить картинку:

 Переводить URL в ссылку
 Подписаться на комментарии
 Подписать картинку